Журнал «Международное правосудие»
Выпуск №1(21)

В прошлом году Межамериканский Суд по правам человека вынес постановление по делу Гранье и другие (Радио Каракас Телевидение) против Венесуэлы, в котором речь идёт о праве на свободу слова в сфере телевещания. Помимо обзора ключевых моментов данного постановления, статья предлагает сравнительный анализ практики Межамериканского Суда и Европейского Суда по правам человека по вопросам, связанным с жалобами, поданными от имени юридических лиц, выдачей лицензий на телевещание и соотношением права на свободу слова и права не подвергаться дискриминации.

В настоящем обзоре представлена практика Межамериканского Суда по правам человека за период с начала 2016 года, когда Суд впервые столкнулся с рядом разноплановых вопросов. Так, в деле Рабочие Hacienda Brasil Verde против Бразилии Суд рассмотрел применение запрета на рабство и принудительный труд наряду с современной трактовкой этих понятий. А в деле И.В. против Боливии Суд исследовал вопрос принудительной стерилизации женщин и необходимости информированного согласия пациента при проведении данной операции. Суд также рассмотрел два дела, касающихся дискриминации по признаку сексуальной ориентации.

Журнал «Международное правосудие» начинает публиковать обзоры постановлений Европейского Суда по правам человека, содержащие правовые позиции по вопросам, значимым для российской практики. Для настоящего выпуска отобрано 5 постановлений из числа вынесенных Судом в 2016 году. 

Justicia

ИСПОЛНЕНИЕ РЕШЕНИЙ МЕЖДУНАРОДНЫХ СУДОВ: ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА
Исполинов Алексей Станиславович

В настоящей статье автор рассматривает вопросы исполнения (compliance) решений международных судов, отмечая, что до недавнего времени эти вопросы не привлекали к себе внимания академического сообщества. Считая проблему исполнения решений судов частью более общей проблемы соблюдения государствами норм международного права, автор начинает своё исследование с краткого изложения различных научных школ, пытающихся объяснить, почему государства соблюдают нормы международного права. Автор проводит различие между эффективностью международных судов и исполнением вынесенных ими решений, а также исходит из того, что сам процесс исполнения решений международных судов нельзя рассматривать как простую бинарную модель, предполагающую либо исполнение, либо его полное отсутствие. 

Проблема соотношения обязательств государств по имплементации резолюций Совета Безопасности ООН о наложении индивидуальных санкций и по соблюдению международных договоров по правам человека раскрывается в данной статье через призму ключевых решений международных судебных и квазисудебных органов в этой области: решений судебных органов Европейского Союза по делу Кади, соображений Комитета по правам человека ООН по делу Сайади, а также постановлений Европейского Суда по правам человека по делам Нада и Аль-Дулими. Во всех проанализированных делах рассматривавшие их органы попытались обойти статью 103 Устава ООН, в то время как существует несколько путей, позволяющих обосновать связанность Совета Безопасности не только нормами jus cogens, но и основными правами человека. 

Тема домашнего насилия длительное время не была предметом активной общественной дискуссии, но в течение последнего года она стала одной из наиболее обсуждаемых. Практика международных органов защиты прав человека является одним из аргументов в этой дискуссии, поскольку именно она задаёт стандарт защиты женщин от домашнего насилия. Несмотря на то что Европейский Суд по правам человека начал рассматривать дела о домашнем насилии в отношении женщин позднее, чем другие международные органы, его практика в этой категории случаев активно развивается, дополняя более раннюю практику рассмотрения дел об ответственности государства за действия третьих лиц в пределах их юрисдикций.

Статья посвящена проблемам в области исполнения решений суда об определении места жительства ребёнка. Автор анализирует результат надзора Комитета Министров Совета Европы над процессом исполнения постановлений Европейского Суда по правам человека по делам, основанным на фактах неисполнения таких решений на национальном уровне. В статье уделяется внимание процедуре надзора и позиции Комитета Министров относительно того, что является должным исполнением подобных решений. Автор приходит к выводу о том, что проблемы в этой области не имеют региональной специфики, а исполнение таких решений не требует внесения изменений в законодательство, оно полностью зависит от координации действий должностных лиц в рамках действующих законов.

Статья посвящена некоторым вопросам применения обеспечительных мер в международном коммерческом арбитраже. Институт обеспечительных мер в настоящее время является предметом множества правовых дискуссий, и отдельное внимание среди них уделяется проблемам реализации данного института в международном коммерческом арбитраже. Автор рассматривает понятие обеспечительных мер, а также касается некоторых вопросов терминологии, используемой для обозначения данного понятия. Одна из проблем, которая рассматривается в статье, касается возможности признания и принудительного исполнения промежуточных решений об обеспечительных мерах, выносимых арбитрами в рамках международного коммерческого арбитража.

Категория «преступления против человечности» появилась после окончания Второй мировой войны, когда был создан Международный военный трибунал в Нюрнберге. В дальнейшем категория «преступления против человечности» была включена в уставы трибуналов ООН по бывшей Югославии и Руанде, созданных в начале 1990-х годов, и в Римский статут Международного уголовного суда. Применение и толкование данной категории в практике трибуналов вызывало и вызывает множество вопросов как правового, так и философского характера. В частности, одной из наиболее спорных и малоизученных тем является интерпретация преступлений, входящих в данную категорию.

5 февраля 2017 года в финале Российского национального чемпионата Конкурса по международному праву имени Филипа Джессопа 2017 года, традиционно проходящем на сцене конференц-зала МГИМО(У), многолетнего партнёра Конкурса в России, встретились студенты двух московских вузов: команда Научно-исследовательского университета «Высшая школа экономики» (Москва) представляла позицию истца, а команда Уральского государственного юридического университета (Екатеринбург) – ответчика. 

Международное правосудие • Выпуск №1(21)