Искать
Общие фильтры
Только точные совпадения
Фильтр по пользовательскому типу записи
«Российский Конституционный Суд в 2019 году: шаг вперёд, два шага назад?»
Ольга Кряжкова

Ольга Кряжкова

член Экспертного совета Института, кандидат юридических наук; доцент Российского государственного университета правосудия
Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в telegram

Характер деятельности российского Конституционного Суда в 2019 году предопределяли противоречивые тенденции, сложившиеся в предыдущие годы. С одной стороны, спрос граждан на конституционное правосудие оставался стабильным. В противовес этому число действующих судей продолжало уменьшаться. Одновременно руководство Суда решило продвинуть идею о ещё большем ограничении права частных лиц на возбуждение конституционного судопроизводства. Далее, Суд по-прежнему настроен на вынесение относительно высокого числа итоговых решений (постановлений). В условиях неполного состава Суда и отсутствия иного порядка судопроизводства кроме пленарных заседаний это компенсировалось преимущественно письменным режимом рассмотрения дел, а также преобладанием в практике Суда рутинных и повторяющихся вопросов. Отдельные дела 2019 года всё же имели резонанс и несколько оживили конституционно-правовую сферу. Большинство разрешённых дел ожидаемо заканчивалось конституционно-правовым истолкованием положений нормативных актов, а не признанием их неконституционными. Наиболее заметный в процессуальном плане итог 2019-го – рост интереса организаций и экспертов к участию в делах в качестве amici curiae («друзей суда»).

Стабильный спрос и нестабильный Суд

В 2019 году в Конституционном Суде зарегистрировано 14.809 обращений [1], что немного меньше, чем в 2018-м, но не выходит за рамки условной нормы: бо̀льшей части современной истории Суда свойственны колебания в интервале от 14 до 17 тысяч обращений (в периоды 2002-2008 годов и начиная с 2013 года) [2]. Абсолютное большинство обратившихся – это граждане и их объединения, включая, хотя и в меньшей степени, органы местного самоуправления. Случаи запросов органов государственной власти, в том числе судов, единичны. Все дела 2019 года, завершившиеся постановлениями, были инициированы частными лицами либо судами, и рассмотрены в порядке конкретного нормоконтроля по правилам глав XII и XIII Закона о Конституционном Суде.

С институциональной точки зрения Суд находится скорее в противофазе к этой тенденции.

Во-первых, в начале года конституционное судопроизводство осуществляли 16 судей из 19-ти, а к концу года их осталось лишь 15: ушла из жизни заместитель председателя Конституционного Суда О.С. Хохрякова. Тренд на сокращение судейского корпуса следует охарактеризовать как весьма устойчивый. Начало ему положили поправки в Закон о Конституционном Суде 2014 года, неожиданно снизившие т.н. рабочий состав Суда с 3/4 до 2/3 от общего числа судей, после чего вакантные должности, образующиеся после достижения судьями предельного возраста (70 лет), перестали заполняться. Своеобразным апофеозом этого тренда стал законопроект о поправке к Конституции Российской Федерации, принятый Государственной Думой в первом чтении 23 января 2020 года [3], где говорится о новом общем числе судей Конституционного Суда – 11 (безо всякого обоснования тому в пояснительной записке).

Во-вторых, в конце 2019-го председатель Суда высказал пожелание законодательно усложнить доступ к конституционному правосудию для частных лиц, «чтобы гражданин мог обратиться не сразу, скажем, из районного суда, где завершено дело» [4]. До этого условия допустимости жалоб пересматривались дважды, всякий раз в сторону ухудшения: в 2010-м жалоба стала считаться допустимой только после завершения рассмотрения дела в суде; в 2014-м был введён годичный пресекательный срок для подачи жалобы. Идея руководителя Конституционного Суда уже подхвачена разработчиками законопроекта о поправках к Конституции [5] и имеет серьёзные шансы воплотиться в жизнь.

[1] См.: http://www.ksrf.ru/ru/Petition/Pages/StatisticNew.aspx. Дата обращения: 11.02.2020. В базе данных «Сведения о поступивших в Конституционный Суд Российской Федерации обращениях (делах)» на сайте Суда отражены записи о 14812 обращениях.

[2] На других временны̀х отрезках обращений было либо меньше (1995-2001 годы), либо больше (2009-2012 годы).

[3] См.: https://sozd.duma.gov.ru/bill/885214-7. Дата обращения: 11.02.2020.

[4] См.: http://kremlin.ru/events/president/news/62309. Дата обращения: 11.02.2020.

[5] См.: https://www.kommersant.ru/doc/4250258. Дата обращения: 11.02.2020.

Решения хорошие и разные

Конституционный Суд принял в 2019 году 41 постановление. В сравнении с предыдущим годом (47 постановлений) эта цифра меньше, но всё равно почти в два раза выше медианного значения (21 постановление).

Обращает на себя внимание тот факт, что около 2/3 всех дел рассмотрено в формате закрытого письменного производства, не предполагающего явку участников процесса и трансляцию заседания в Интернете. (Предшествующий ему 2018 год отличился и в этом отношении: доля дел, рассмотренных без публичных слушаний, практически достигла тогда 3/4.)

Тематика итоговых решений Конституционного Суда, традиционно сгруппированных по четырём направлениям [1], тоже не принесла сюрпризов. Суд по преимуществу был сосредоточен на всевозможных юридических частностях.

Как всегда, на первом месте по численности оказались вопросы публичного права (16 постановлений): контроль за имуществом депутата представительного органа местного самоуправления; отдельные аспекты ответственности по КоАП; взыскание судебных издержек с административных истцов; налоги, сборы и обязательные страховые взносы; правоотношения в сфере митингов, и т.д.

Второе место у вопросов частного права (13 постановлений): об ограничениях на иностранное участие в СМИ; алиментных правоотношениях; деликтах; взыскании убытков после банкротства организаций и индивидуальных предпринимателей; свободы использования личных земельных участков, и пр.

На третьем месте – вопросы трудового законодательства и социальной защиты (7 постановлений), касающиеся различных выплат лицам со специальным статусом; структуры зарплаты менее МРОТ; признания человека безработным; исчисления средней зарплаты; установления дополнительных трудовых обязанностей.

Замыкают четвёрку вопросы уголовной юстиции (5 постановлений): это сохранение в приговоре ареста на имущество; суд присяжных; разумный срок уголовного судопроизводства; квалификация уклонения от уплаты налогов по статье 199 УК; отказ от защитника по назначению.

Нужно отметить, что в целом ряде постановлений Конституционный Суд не разрешает новую правовую проблему, а скорее расширяет предметную сферу ранее сделанных, обычно очень узко сфокусированных выводов. Так, два постановления 2019 года о том, что в зарплату работника менее МРОТ нельзя включать компенсационные и стимулирующие выплаты [2], а равно доплату за совмещение должностей [3] «наследуют» известному постановлению 2017 года о северных надбавках [4]. По схожей логике выстроены ещё как минимум четыре постановления Конституционного Суда рассматриваемого периода [5].

Вместе с тем постановления по некоторым делам определённо выходят за рамки рутины и заслуживают отдельного упоминания в силу своей значимости для конституционно-правового развития. В их числе:

  • постановление об объёме добычи охотничьих ресурсов общиной коренных малочисленных народов [6], в котором Суд впервые обратился к правам этого специального субъекта конституционно-правовых отношений и встал на защиту указанного аспекта традиционного образа жизни и традиционной хозяйственной деятельности членов общины;
  • постановление о местах, где запрещено проводить публичные мероприятия по законам субъектов Российской Федерации [7], в котором Суд исключил установление подобных мест, если это ничем существенным не мотивировано и расширяет ограничения, закреплённые в Федеральном законе о митингах;
  • постановление о жилищных правах потомков жертв советских репрессий[8], в котором Суд признал особый конституционно-правовой характер обязательств Российского государства перед реабилитированными и указал на неконституционность московского жилищного закона, не обеспечивающего реабилитированным право вернуться на место проживания их репрессированных предков.

Ещё одна устойчивая тенденция в практике Конституционного Суда заключается в следующем. По результатам рассмотрения дела Суд в большинстве случаев признаёт проверяемое нормативное положение не противоречащим Конституции с выявлением его конституционно-правового смысла (т.н. истолкование правовой нормы), а не объявляет его неконституционным. 2019-й не стал в этом плане исключением. Все постановления за данный период содержат в общей сложности 49 резолюций, из которых 26 представляют собой истолкования правовых норм, 19 – признание правовых норм неконституционными и ещё 4 – «расщепление» двух правовых норм на две, соответственно, части: в чём-то одном они согласуются с Конституцией, а в чём-то другом не соответствуют ей. С тематикой постановлений типы резолюций не коррелируют.

[1] См.: http://www.ksrf.ru/ru/Decision/Generalization/Documents/Information_2019.pdf. Дата обращения: 11.02.2020.

[2] Постановление от 11.04.2019 № 17-П.

[3] Постановление от 16.12.2019 № 40-П.

[4] Постановление от 07.12.2017 № 38-П.

[5] Постановления от 19.01.2019 № 1-П, от 22.05.2019 № 20-П, от 08.10.2020 № 31-П, от 18.11.2019 № 36-П.

[6] Постановление от 28.05.2019 № 21-П.

[7] Постановление от 01.11.2019 № 33-П.

[8] Постановление от 10.12.2020 № 39-П.

 

Суд и его друзья

Анализируя деятельность Конституционного Суда, нужно обратить внимание и на безусловно положительную тенденцию. 2019-й стал годом исключительного внимания к судебному органу конституционного контроля со стороны организаций и учёных, стремящихся включиться в разбирательство в качестве amicus curiae («друга суда») путём направления своих инициативных научных заключений. Вопреки обещаниям Регламента Конституционного Суда, опубликованной информации о принятых Судом и приобщённых к делам заключениях на его официальном сайте нет. Суммировав данные из различных интернет-ресурсов, возможно утверждать, что в 2019 году в Суд поступило как минимум семь инициативных заключений по четырём, в общей сложности, делам. (Для сравнения: в 2017 году в Суд было подано два заключения по одному делу; в 2018 году – два заключения по двум делам.) Среди них:

  • заключения Института права и публичной политики, президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека, а также проекта «Апология протеста» по делу об обязанностях организаторов митингов [1];
  • заключение доктора юридических наук Е.С. Шугриной по делу о взыскании убытков с муниципалитетов [2];
  • заключение президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека по делу о богослужениях на личных земельных участках [3];
  • заключения президентского Совета по развитию гражданского общества и правам человека и общества «Мемориала» по делу жилищных правах потомков жертв советских репрессий.

Заключения были учтены Судом и оказали благотворное влияние на итоговые решения. Будет верным констатировать, что этот правовой инструмент постепенно осваивается гражданским обществом и делает его только сильнее.

[1] Постановление от 18.06.2019 № 24-П.

[2] Постановление от 03.07.2019 № 26-П.

[3] Постановление от 14.11.2019 № 35-П.