Искать
Общие фильтры
Только точные совпадения
Фильтр по пользовательскому типу записи
Меню
Нет товаров в корзине.
Стигматизация бизнеса недопустима
Армен Джагарян

Армен Джагарян

д.ю.н., советник коллегии адвокатов «Муранов, Черняков и партнёры»
Поделиться в facebook
Поделиться в twitter
Поделиться в vk
Поделиться в odnoklassniki
Поделиться в telegram

21 апреля 2020 года Конституционный Суд РФ провозгласил Постановление по делу о проверке конституционности положений статьи 98.1 Лесного кодекса РФ. В постановлении суд пресёк бессрочное включение лесопользователей в реестр недобросовестных арендаторов и покупателей. Эксперт Института Армен Джагарян прокомментировал решение.

Провозглашённое 21 апреля 2020 года Постановление по делу о проверке конституционности положений статьи 98.1 Лесного Кодекса РФ — очередное решение Конституционного Суда РФ, которое касается проблем, связанных со всё более широким применением в российском законодательстве института реестров недобросовестных хозяйствующих субъектов.

 

В настоящее время такого рода реестры, включение в которые связано с допущенными нарушениями договорных обязательств ивлечёт ограничения на вступление в дальнейшем в соответствующие договорные правоотношения с государством, применяются помимо лесной отрасли также в рамках контрактной системы, при закупках, производимых юридическими лицами с государственным участием, в сферах водных и земельных отношений.

 

Введение данных реестров связано с коллизией конституционных ценностей и интересов. С одной стороны, речь идет о необходимости наиболее эффективного удовлетворения публично значимых потребностей за счёт привлечения бизнеса к использованию публичных ресурсов и предупреждения ситуаций, когда бы хозяйствующие субъекты, проявившие явное пренебрежение к соблюдению установленных правил, имели бы беспрепятственную возможность для повторения тех же нарушений в будущем. С другой стороны, нельзя не учитывать, что в основе взаимоотношений бизнеса и власти лежит фундаментальный конституционный принцип равенства, исключающий применение несправедливых, несоразмерных ограничений, включая установление безусловной презумпции недобросовестности хозяйствующего субъекта, допустившего нарушения договорных обязательств, при отсутствии с его стороны общественно опасного и вредоносного поведения.

 

Очевидно, что в данном случае выходит на передний план проблема взаимного доверия бизнеса и власти. Недоверие к бизнесу, получающее выражение в тех или иных правоограничениях, должно быть строго обоснованным с точки зрения наличия конкретных верифицируемых оснований и индивидуализированным применительно к фактическим обстоятельствам поведения хозяйствующего субъекта, его реальным последствиям.

 

Актуальность и острота конституционно значимых проблем по реализации этого института подтверждается тем, что совсем недавно Конституционный Суд РФ вынес решение в отношении отдельных вопросов его применения в области контрактной системы. В Постановлении от 9 апреля 2020 года № 16-П признаны неконституционными положения Закона о контрактной системе, которые позволяли включать в реестр недобросовестных поставщиков информацию о физических лицах – учредителях юридического лица (акционерного общества), не являвшихся его участниками (акционерами) к моменту заключения и исполнения соответствующего контракта. При этом Конституционный Суд РФ высказал ряд общих позиций методологического плана по поводу данного института, а именно:

  1. надёжность и добросовестность обязательств как важные условия стабильности гражданского оборота приобретают особое значение при осуществлении публичных закупок в силу необходимости удовлетворения публичных интересов;

  2. реестр недобросовестных поставщиков в сфере размещения публичных заказов служит источником общедоступной информации, позволяющим сформировать мнение о конкретной компании, оценить ее деловую репутацию, несёт в себе как регулятивные, так и предупредительные функции;

  3. поскольку информация из реестра является общедоступной и бесплатной, она приобретает значение и в общем гражданском обороте, так как любое лицо может ознакомиться с ней для оценки своих потенциальных деловых партнёров;

  4. информация в реестре должна отвечать требованиям объективности и достоверности, и физические лица, которые не могли каким-либо образом повлиять на заключение и исполнение публичного контракта соответствующим юридическим лицом, не могут быть лишены возможности настаивать на исключении информации о них из реестра.

Соответственно, Конституционный Суд РФ принципиально согласился с самой концепцией института реестра недобросовестных хозяйствующих субъектов для целей налаживания хозяйственных отношений в публично-правовой сфере, но при этом ввиду весьма существенных ограничительных последствий, которые это имеет для деловой репутации бизнеса, Суд счёл, что правовое регулирование ведения реестра должно быть чётким, определённым, отвечать целям вводимых ограничений, которые не могут быть произвольными и чрезмерными.

 

Постановление от 21 апреля 2020 года развивает и конкретизирует данные подходы Конституционного Суда РФ в свете поднятой в данном деле проблемы допустимости включения в соответствующий реестр, применяемый для целей аренды лесных участков (приобретения лесных насаждений), сведений о хозяйствующем субъекте на бессрочной основе.

 

Прежде всего Конституционный Суд РФ указал на то, что применение института реестра недобросовестных хозяйствующих субъектов в сфере лесных отношений предполагает необходимость учета конституционно значимого принципа приоритета публичных интересов в сфере лесопользования. Аргументация, содержащаяся в пункте 2 мотивировочной части Постановления, даёт четкое представление о том, что в области лесных отношений свобода экономической деятельности имеет подчиненное значение в соотношении с реализацией публичных целей по сохранению и воспроизводству лесов как элемента национального богатства. Это предполагает, что законодатель располагает весьма широкой дискрецией в выборе конкретных публично-правовых мер реагирования, воздействия, принуждения в целях обеспечения рационального и эффективного освоения лесных ресурсов не в ущерб их экологической ценности.

 

В этом контексте Конституционный Суд РФ констатировал принципиальную обоснованность использования реестра недобросовестных арендаторов лесных участков (покупателей лесных насаждений). Более того, Суд указал на то, что появление такого реестра является по существу конституционно адекватным и значимым, поскольку, не будучи разновидностью юридической ответственности, включение в реестр служит разумной обеспечительно-предупредительной мерой в отношении лиц, чье предшествующее поведение свидетельствует о том, что продолжение осуществления ими лесопользования чревато новыми нарушениями.

 

Иными словами, Конституционный Суд РФ полагает, что в сфере лесопользования с учетом особой публично-правовой ценности лесов допустима и оправданна повышенная осмотрительность и подозрительность государства в отношении лиц, претендующих на осуществление соответствующей деятельности, т. е. оправдан повышенный уровень недоверия к ним.

 

Вместе с тем, особая тщательность в оценке лиц, претендующих на вступление в арендные отношения в сфере лесопользования, которая должна проявляться государством, а также особое значение, которое должно придаваться ранее допущенным соответствующими лицами нарушениям в данной сфере, не означают, по мнению Конституционного Суда РФ, что недоверие может абсолютизироваться.

 

Конституционный Суд РФ сделал важный вывод о том, что реализованная законодателем в лесном законодательстве презумпция, в соответствии с которой лицо, допустившее нарушение обязательств в сфере лесопользования, будет и впредь пренебрегать исполнением обязательств, при том, что с учётом параметров данного реестра не предполагается по общему правилу наличие вреда, причинённого окружающей среде, должна иметь ограниченный по времени характер. Умолчание законодателя по этому поводу приводит к тому, что институт реестра превращается в способ подавления экономической самостоятельности и инициативы, что противоречит принципу справедливости.

 

При этом Конституционный Суд РФ не посчитал возможным связывать законодателя требованием унификации срока включения в соответствующий реестр в соотношении с иными такими реестрами, применительно к которым на данный момент используется единообразный подход в части срока включения информации: сведения находятся в реестре два года, а затем должны быть исключены.

 

В итоге положения статьи 98.1 ЛК РФ были признаны неконституционными в той мере, в какой не определяют конкретный срок, в течение которого информация о недобросовестном хозяйствующем субъекте должна в нем находиться. Законодателю рекомендовано не позднее 1 января 2021 года внести необходимые изменения.

 

Принятое Конституционным Судом РФ решение по общему настрою служит важным шагом на пути к гармонизации взаимоотношений бизнеса и власти: юридические «грехи» допущенные бизнесом в отношениях с государством не являются смертельными и несмываемыми, должны «прощаться» в силу давности их совершения.

 

Ценно и то, что Конституционный Суд РФ совершенно однозначно указал на необходимость использования законодателем гибкого дифференцированного подхода к формированию соответствующего реестра, сроки нахождения информации в котором должны определяться в зависимости от оснований включений в реестр, характера и последствий противоправного поведения. Очевидно, что этот подход должен быть востребован не только в конкретной сфере правоотношений (в рамках лесопользования), а характеризует принцип организации любого подобного реестра.

Вместе с тем нельзя не учитывать, что включение информации в реестр и обусловленные этим правоограничения для хозяйствующего субъекта, хотя и не являются в понимании Конституционного Суда РФ мерой юридической ответственности, тем не менее непосредственно связаны с реализацией ответственности за нарушение обязательств в области лесопользования, производны от соответствующих допущенных нарушений. Индивидуализация применения мер публично-правового реагирования предполагает необходимость судебной оценки, которая должна быть эффективной. Соответственно, суды должны иметь возможность не просто формально, а содержательно оценить обоснованность и соразмерность включения в реестр, что в системе действующего правового регулирования, ориентированного на автоматизм в этом вопросе, не представляется возможным.

 

Обращает на себя внимание и то, что Конституционный Суд РФ, оговорив необходимость дифференциации сроков включения в реестр, акцентировал недопустимость бессрочного нахождения в нем конкретной информации лишь «по общему правилу». Иными словами, бессрочность в принципе не исключена, и в каких-то случаях может иметь место. Но вряд ли такое решение отвечало бы принципу соразмерности.

Представляется спорным использованная Конституционным Судом РФ конструкция отлагательного пересмотра дела заявителя, который увязывается с внесением изменений в законодательство. Трудно объяснить, почему на период до внесения необходимых изменений не может быть востребован по аналогии срок включения в другие реестры, составляющий два года, при том, что это имеет значение как для заявителя, так и для других участников соответствующих правоотношений.